Back To Manhigut homepage

Моти Карпель "Революция сознания"
Часть 3. Новое сознание - избранные темы

Глава 9. Революция или эволюция

Мы назвали описываемый нами процесс «революцией сознания». Можно ли считать этот процесс революционным или же это естественное продолжение возвращения в Сион? Важно отметить, что на этом этапе обсуждения мы не занимаемся политическими аспектами революции сознания, но все еще пытаемся определить ментальную основу этой революции. Разумеется, оба утверждения верны, – этот процесс является одновременно революцией и продолжением начатого ранее, в зависимости от того, под каким углом его рассматривать.
С одной стороны, речь идет о процессе революционном. Избавление от классического сионистского сознания и признание того, что его роль подошла к концу, - чрезвычайно тяжелый процесс, требующий болезненной психологической ломки. Большинство евреев, считающих себя сионистами, все еще не в состоянии отделить дело сионизма – то есть, исторический процесс возвращения в Сион, от идеологии сионизма - ментальной концепции, согласно которой этот процесс осуществлялся до сих пор. Поэтому, расставание с сионистским сознанием ошибочно воспринимается как измена самому делу сионизма. Речь идет об очень непростом, действительно, революционном изменении в сознании, ведь оно требует не только оторваться от привычной нам системы понятий, но и усвоить альтернативную систему – новое сознание, сознание эмуни.
Ивритское слово машбер - кризис, буквально означает ложе роженицы. Такое толкование дает ему Раши в своем комментарии к началу книги Шмот. То есть, кризис – это рождение. Смысл переживаемого нами в данный момент кризиса – рождение, формирование нового сознания, совершенно новый этап израильской истории. Чем тяжелее становятся трудности, которые мы испытываем, чем больше наши дела запутываются, чем больше усиливаются страдания (физические и в особенности душевные), тем ближе момент рождения, прорыва и появления нового сознания. Интенсивность проблематики, трудности и задачи, которые сваливаются на нас одна за другой, - все это свидетельствует о созревании процесса. Трудно, да и нет надобности, пытаться определить, когда именно произойдет переворот. В сущности, он уже начался, но поскольку это переворот сознания, вопрос его появления на свет – это, собственно говоря, вопрос осознания происходящего и признание этого процесса. Это уже происходит, и сама эта книга призвана усилить осознание происходящего переворота и таким образом облегчить роды. Во всяком случае, правильно будет определить это будущее изменение, как революцию.
Понятие «революция» часто (по крайней мере, интуитивно), ассоциируется с разрушением, поскольку политические революции обычно влекут за собой насилие и разруху. В нашем случае, революция не связана с разрушением по нескольким причинам. Во-первых, речь идет о революции сознания, которая, в отличие от других революций, известных в истории, не требует материальных разрушений. Во-вторых, в нашем случае и нет нужды в разрушении прежнего сознания. Несмотря на психологические трудности, о которых мы только что говорили, большая часть общества чувствует, что сионистская идеология себя исчерпала, пришла к своему концу, или вернее, сама привела к собственному краху. Альтернативное сознание, которое должно занять её место, действительно приходит в пустоту, в пустоту идеологическую, поскольку, как мы видим, сионизм находится на последней стадии распада. Несмотря на интуитивную преданность еврейским идеалам, большинство все еще держится за старую сионистскую идеологию не потому, что видит в нем смысл и содержание, а главным образом потому, что до сих пор еще не предлагалась никакая серьезная альтернатива.
Процесс изменения сознания можно сравнить с тем, как с лука снимается один слой за другим, или с тем, как опадает кожура с плода. Роль кожуры, оболочки, в том, чтобы создать среду, лоно, необходимое для созревания плода. При образовании плода первой формируется именно оболочка. Оболочка – это построение материальной, твердой формы, призванной защитить плод, дать ему зреть с подходящей ему скоростью, и успешно пройти все необходимые этапы созревания. Когда плод созрел, оболочка спадает с него сама собой. Таковы отношения между классическим сионизмом и новым сознанием. По исторической необходимости возвращение в Землю Израиля вначале сопровождалось частичным осознанием сути происходящего. В тот момент, когда созрели внутренние, дотоле скрытые процессы и более цельное сознание уже готово появиться на свет; когда исторический процесс дошел до того этапа, на котором возможно развитие более глубокого понимания; когда, перед лицом развивающейся действительности, народ созрел достаточно, чтобы описать возвращение в Сион в более цельных понятиях – на этом этапе старая сионистская идеология отпадает сама собой, и на ее место приходит новое сознание, сознание эмуни. Таким образом, эти революционные изменения одновременно являются и продолжением прошлого.
Одно из имен, которыми называют Мессию – Цемах - растение. Это имя выражает важную черту. Одно из свойств, определяющих Избавление, Геулу, - это рост, то есть процесс развития. Геула – это исторический процесс, требующий роста, прогресса, развития – как в материальном, так в духовном плане. Как и растение, Геула также растет снизу вверх, от земли, постепенно, поэтапно развиваясь, и этот рост представляет собой размеренный и длительный исторический процесс. И здесь, как и у растения, все процессы начинаются от земли, исходят из реальности, из объективных жизненных потребностей. Это не могут быть оторванные от почвы идеи, возникшие просто так, с неба, без того, чтобы люди и историческая действительность были готовы их воспринять, и более того, нуждались в них, требовали их появления. Эту сторону Геулы мы уже рассматривали, когда подчеркивали необходимость встречи идеала с исторической необходимостью. С точки зрения Геулы, описываемый нами процесс – это не революция, а эволюция. И хотя мы видим здесь новый этап развития Геулы, он всецело является продолжением этапа предыдущего, и базируется на нем.
В краткосрочной перспективе рассматриваемые нами изменения можно оценить как революцию, если же рассматривать длительный период, то это эволюция. Сегодняшние события с расстояния в несколько поколений будут выглядеть всего лишь еще одним историческим перекрестком, через который должен был пройти процесс возвращения в Сион, развивающийся прямо и последовательно, несмотря на взлеты и падения.
Сущность нашего теперешнего кризиса на пути возвращения в Сион – спуск с целью подъема. Саморазрушение прежнего сознания, необходимое ввиду потери им дальнейшей релевантности, приводит к ослаблению и даже внешнему регрессу. Однако именно разрушение высвобождает пространство для альтернативы. Новый этап не может наступить прежде, чем предыдущий не исчерпает себя и уступит ему место.
Идет захватывающий исторический процесс, со своей чёткой динамикой, собственным ритмом и сложным внутренним устройством: в тот момент, когда прежнее сознание себя исчерпало, оно не просто исчезает, но начинает само себя разрушать. Проблемы, возникающие ввиду нерелевантности этого сознания, лишь усиливают потребность нахождения альтернативы. Борясь за свое существование, оно только сильнее запутывается, становится все более проблематичным и тем самым приближает собственный конец. Оно само создает срочную потребность замены. Этот процесс совершается с божественной точностью, и здесь ясно видна рука Всевышнего, вершащая историю.
Казалось бы, может возникнуть опасение, что пока альтернатива не готова, на месте уходящего сознания появится пустое пространство, и мы останемся вообще без всего. Казалось бы, процессы саморазрушения все усиливаются, причиняя необратимый вред, а у нас еще нет альтернативы. Но рука, направляющая ход времен, не ошибается. Чтобы возникла альтернатива, процесс саморазрушения должен исчерпать себя. Он, как и при любом разрушении, все набирает силу, с изумительной точностью вызывая на свет появление нового этапа. Наши мудрецы говорят: «Царство ни на миг не притронется к другому царству» - новое не может возникнуть, пока старое не уступит ему место, и в то же время никогда не существует настоящей пустоты. В действительности, переворот произойдет открыто, точно в тот момент, когда все процессы будут завершены, и новое сможет воплотиться в жизнь. То, что со стороны кажется падением, является внутренним катализатором возникновения нового и его созревания, поэтому, в сущности, этот процесс можно считать подъемом.
На этом этапе мы хотели бы предостеречь читателя от возможной ошибки. Казалось бы, если саморазрушение – это ключ к появлению альтернативы и даже к ускорению ее возникновения, почему бы нам не приложить все силы для усиления этого разрушения? Почему бы нам не поддержать окончательную гибель сионизма, с тем, чтобы содействовать скорейшему появлению нового сознания? Если падение – это ключ к подъему, можно было бы подумать, что усиление падения усилит и ускорит подъем. Эта ошибка возможна и уже известна в истории ложных духовных движений, которые действовали по этому принципу. Такой ход ускорения родов ошибочен, поскольку он нарушает аутентичность зреющей альтернативы. Смерть предыдущего этапа должна быть настоящей, естественной, а не искусственной. Он должен исчерпать себя и умереть своей смертью, а не быть уничтожен внешними факторами. Мы же должны строить лучшую альтернативу в то время, как прежний этап заканчивается в своем собственном темпе и по своим внутренним законам. Это обязательное условие истинной полноты процесса. Так иногда современная медицина, ускоряя роды, чтобы облегчить муки роженицы, наносит вред. Родовые муки – неотъемлемая часть механизма, гарантирующего успех родов, и обойти их невозможно.
Наши мудрецы говорят: «Всевышний посылает лекарство прежде болезни». То есть, «лекарство» от кризиса - выход, решение, альтернатива готовы заранее. Всевышний хочет их появления, и чтобы позволить им возникнуть, усиливает «болезнь» - кризис. «Удар», «болезнь» - средства для возникновения альтернативы – исцеления. Поэтому, с высшей, абстрактной точки зрения, с точки зрения Божественного планирования процесса, исцеление предшествовало недугу. Недуг был послан затем, чтобы создать объективную потребность в появлении решения.
Возьмем, к примеру, принятую в иудаизме пару понятийя– задача (кушия) и решение (питарон). Учитель математики, желающий чему-то научить ученика, ставит перед ним задачу, зная, что нет смысла заранее раскрывать ее решение. Простое сообщение ответа не сделает его истинным достоянием ученика. Учитель ставит перед учеником задачу, чтобы вынудить ученика трудиться и самостоятельно искать решение. Трудность, неясность – это существенная, может быть, важнейшая часть обучения. В этом поединке учитель может помочь, но он не должен «избавлять» ученика от необходимости искать решение, поскольку это и есть ключ, инструмент для усвоения этого решения. Если ученик одолеет задачу своими силами, решение будет на самом деле всецело принадлежать ему. Трудность – это и есть то, что в действительности гарантирует настоящее развитие. Решение существовало до предложения задачи, цель которой в том и состоит, чтобы дать возможность прийти к этому решению.
Для описания процесса саморазрушения старого сознания воспользуемся примером из области альтернативной медицины. Гомеопатия, например, утверждает, что в организме имеются внутренние механизмы борьбы с проблемами, которые могут возникнуть, и чтобы привести в действие эти механизмы, необходимо пробудить болезнь, а не ослаблять ее. Ослабление болезни приводит к тому, что в потенциале она продолжает существовать в организме, но подспудно, не проявляясь внешне. Таким образом, организм лишается возможности обнаружить и опознать болезнь, и тем более, выработать против нее антитела, с помощью которых, в случае необходимости, ее можно было бы преодолеть. Схожие мотивы стоят и в основе медицинской системы прививок. В организм вводится небольшая доза болезнетворных микробов, с тем, чтобы активизировать естественные антитела, которые одолеют болезнь, и немедленно будут задействованы, если в будущем эта болезнь появится на самом деле. В обоих случаях мы видим, насколько жизненно важно обнаружить внутреннюю потенциальную проблему, чтобы организм мог ее узнать, и задействовать имеющийся в нем естественный защитный аппарат. Скрытая до поры до времени проблема опаснее, чем обнаруженная.
Всматриваясь в окружающую действительность, мы вновь и вновь сталкиваемся с интенсивным пробуждением острых проблем израильской жизни. Классический пример – восстание израильских арабов в последние годы. После пятидесяти лет иллюзий относительно их истинной идентификации, после попыток говорить с израильскими арабами в терминах равенства, верности государству Израиль, интеграции в израильское общество, на свет вырывается правда, от которой все мы (да и они тоже) пытались убежать. Израильские арабы заявляют о своей "палестинской" идентификации, солидаризируются с нашими врагами и даже, чем дальше, тем больше, активно участвуют в арабской борьбе против нас. Израильское общество оказывается в очень тревожной ситуации. Как раз тогда, когда мы пытаемся противостоять множеству национальных бедствий, на нас обрушивается новая острая проблема. Но в сущности, Всевышний проявляет к нам милость, раскрывая перед нами проблему, которую мы не желали признавать. Используя ложные понятия, мы тешили себя иллюзией, что арабской проблемы не существует. Израильские арабы действительно не израильтяне и не могут таковыми стать. Проблема их идентификации, все время подспудно существовавшая, теперь прорывается наружу, чтобы мы могли ее узнать и найти ей настоящее решение с помощью защитных механизмов нации. Проблема израильских арабов – это не просто еще одна проблема, добавившаяся ко всему тому, с чем нам приходилось справляться до сих пор, но интегральная часть общей проблемы. Напрашивается вывод, что усиление трудностей и тот факт, что мы оказались лицом к лицу с экстремальной и угрожающей проблематикой, - это не проклятие, а благо. Это является условием диагностики общественного недуга, с тем, чтобы найти ему настоящее лекарство. Возможно, не проявись эти проблемы теперь, пока мы в состоянии им противостоять, они проявились бы слишком поздно. Это еще один внутренний Божественный механизм, играющий важную роль в сегодняшней кризисной ситуации в Израиле. Острота проблем может вызвать отчаяние и чувство безнадежности при виде множества национальных бедствий, но можно их остроту воспринимать и как положительное явление. Проблема идентификации израильских арабов лишь пример того, как следует относиться к другим острым проблемам, ежедневно возникающим в наши дни.
В этой главе мы рассматривали отношения между новым сознанием и сионизмом и искали ответ на вопрос, является ли новое сознание продолжением сионизма или же революцией. В заключение добавим в наш лексикон новый термин. В некотором смысле новое сознание можно назвать «религиозным постсионизмом», поскольку новое сознание уже не является сионистским в классическом значении этого термина, а приходит ему на смену. Приставка «пост» подчеркивает его оторванность от сионизма, признание того, что классический сионизм закончил свою роль. Вместе с тем, понятие «пост-сионизм», то есть идущее следом за сионизмом, подчеркивает их связь, то, что новый этап израильской истории всецело построен на фундаменте предыдущего пути, пройденного под знаменем сионизма и благодаря ему. Мы уже отмечали, что никак не собираемся «плевать в колодец, из которого все мы пили», но напротив, создать условия для продолжения дела, начатого сионизмом и вдохновленного его идеалами.
Понятие «постсионизм» также позволяет нам четко сформулировать разницу между новым сознанием, и ультрарелигиозным (харедимным) подходом. Харедимное движение, в своей основе и сущности, является пред или до-сионистским. Оно никогда не пыталось «посмотреть в глаза» сионизму, увидеть его положительные стороны, но лишь отталкивало его и замыкалось в себе. В своей сущности, харедимное сознание и теперь остается до-сионистским, иногда оно антисионистское, а в последние десятилетия приобретает черты не-сионизма. Разумеется, никак нельзя сказать, что оно является пост-сионистским, то есть следует за сионизмом.
Если в понятии «религиозный постсионизм» и есть неточность, то это относится к добавленному нами слову «религиозный». Сознание эмуни, сознание веры - это вовсе не «религиозное сознание», в социологическом и общественном смыслах этого термина, как его понимают в наши дни.
Понятие «постсионизм» также помогает нам сравнить и выявить различие между новым сознанием – постсионизмом веры и левым израильским постсионизмом. Чтобы понять разницу между этими двумя постсионистскими подходами, нам необходимо определение «религиозный». Сознание эмуни принимает этическую критику сионизма, разработанную левым постсионизмом, но категорически не принимает сделанные левыми выводы. Действительно, с точки зрения морали самого сионизма, можно сказать, что он поступил несправедливо с арабским населением Эрец Исраэль. Но вывод, согласно которому сионизм должен раскаяться в своих деяниях и «повернуть историю вспять», - это вовсе не единственный вывод, к которому можно придти на основе этической критики. Если сионизму и стоит в чем-то раскаиваться, то это в том, что он принял за основу чужие, западно-христианские, моральные ценности, а не изначальные ценности еврейского народа. Если мы положим в основу возвращения в Сион сознание народа Израиля и примем его моральные ценности в качестве критериев для оценки нашего дела, мы придем к выводу, что нет ничего более справедливого, чем возвращение в Сион, именно с точки зрения Божественной справедливости. Возвращение в Сион содержит в себе возможность благодати и духовного изобилия для народов мира вообще и арабов Ближнего Востока, в частности, и мы верим, что они еще будут благодарить нас за это.