Личностная общность связана с центральными фигурами обоих событий: Шарон и Перец, оба властные, эгоцентричные лидеры, дали нам свои уроки. Если раньше мы думали, что оппозиция, даже внутрипартийная, это позитивное явление, и руководство – это не диктатура, то Шарон объяснил нам, что его мнение не таково. Если раньше мы считали, что благодарность – ценность, то Перец научил нас, что в политике это не так. Ликуд давал Шарону убежище и поддержку в течение многих лет политического бойкота. Сейчас Шарон отделился от партии из-за того, что затруднился справиться с недовольными его политикой. А Перец выстелил себе дорогу к партийному лидерству тем, что нарушил свое обещание и переступил через Шимона Переса, открывшего ему двери партии всего год назад. Эти два урока, полученные нами от двух потенциальных лидеров страны – не очень уж обучают нас уважению, честности и верности…

Кроме личностного общего знаменателя, у двух названных событий есть общий знаменатель политический, и весьма значительный. Демократическая политическая система в Израиле находится в процессе ускоряющегося увядания и гниения. Уже долгое время отмечается падение личного уровня большинства политиков, исчезают такие понятия, как правдивость и достоинство. Национальные интересы освободили место интересам личным. Отделение Шарона и победа Переца – не возрождение демократии, а наоборот, плоды ее вырождения. Эти плоды известны и знакомы из прошлого: увядание демократии порождает диктаторов или демагогов. Наша специфическая ситуация дала и тех, и этих.

Политика как поле сражения

Шарон выбрал путь диктатора. Демократия опирается на выбор большинства: лидер или партия предлагают свои идеи, а народ решает. Существование оппозиции, заставляющей обдумать вопрос глубже, пробуждающей диалог и спор, является необходимым условием для настоящей демократии. Демократия воспитывает терпимость и лояльность, так как победивший на выборах знает и помнит: хотя сегодня власть в моих руках, завтра она может быть в руках моего оппонента, и если я сейчас пренебрегу им, то завтра он пренебрежет мной. Все это чуждо Шарону. Он скрывает свои планы и ненавидит оппозицию. Он, профессиональный генерал, вынес на политическую арену военную тактику. Демократия для него – не более чем поле боя. А на поле боя нужно как можно дольше оставлять врага в неизвестности относительно твоих планов, атаковать в решительную минуту всей мощью, а потом раздавить противника окончательно. Так Шарон вел себя все время, так он повел себя в реализации "программы размежевания" и так же – в своем решении отделиться.

Его поведение не только не демократично, оно абсолютно антидемократично. В настоящей демократии народный лидер несет полную ответственность за свои деяния перед народом. А для того, чтобы нести ответственность, он должен разъяснить свои планы и информировать, каких результатов он ожидает. Только так народ сможет оценить, добился ли он своих целей или нет. Только в армии или у надсмотрщиков над рабами нет необходимости в таких реверансах. Там руководитель не должен объяснять и докладывать. Всему, что делается, дружно аплодируют, а если результат разочаровал – видимо, нужно поменять народ, или партию. То, что значительная часть членов Кнессета и широкой общественности устремилась к партии Шарона, означает разочарование народа в демократии, поиск "сильного человека", который будет решать за нас, скатывание к рабской психологии.

Восхождение звезды Амира Переца представляет другое уродливое порождение увядающей демократии – демагогию. Путь, которым последний завоевал лидерство в партии Авода, это не революция и даже не переворот. Это путч. Перец стоял во главе Гистадрута, который уже много лет не интересовался насущными проблемами наемных рабочих. Если есть бедность, если права рабочих все больше ущемляются, то Гистадрут приложил к этому не последнее усилие. На сегодняшний день это всего лишь аппарат, которым можно воспользоваться, и Перец это сделал, произведя большой эффект. Перец уловил новую моду: заботу о бедных и обездоленных. У него нет серьезных предложений, он не пытается проанализировать, откуда берется бедность, но для того, чтобы быть хорошим и в глазах обладателей капиталов, трущихся около него, он уже "разработал" планы их успокоения: он не ущемит свободную конкуренцию и свободный рынок. Что же тогда, и кого же он собирается ущемить, и что раздаст бедным? Но общество, сытое разочарованиями и привыкшее к вранью, даже демагогию нового типа воспринимает как политическую новость.

Звезды старой галереи

Среди граждан страны есть две группы, которые должны были бы понять опасность диктатуры и демагогии и выступить против них. Одна из них – национально-религиозный лагерь, в центре которого – поселенцы. Они получили прямой и тяжелый удар и почувствовали на своей шкуре, что такое диктатура. Можно было бы ожидать выхода из их среды новых руководящих сил, признающих демократию как ценность и сочетающих в своей программе свои сионистские принципы с верностью демократическому строю. Но эта общественность осталась замороженной и бездействующей, несмотря на полученные ею тяжелые удары. Ничего не изменилось с ее стороны – ни в плане лидерства, ни в плане идеологии. Все, что слышится из этого лагеря – это снова призыв к единству рядов и объединению сил против врага, и все это, разумеется, под началом старого доброго руководства, которое не извлекло ни малейших уроков из прошлого.

Другая общественная группа – это Ликуд. На первый взгляд, отделение Шарона должно было пойти партии на пользу. Шарон увел с собой всех преданных ему людей с рабской психологией, всех карьеристов и лицемеров, которые продали свою идеологию и нарушили свои предвыборные обещания избирателям. Сейчас самое время очистить партийные ряды от всех им подобных, выбрать руководство, которое продолжило бы исторические традиции партии и подняло бы на щит ее исконную идеологию, и обратиться к народу новым, более честным лицом. Вместо этого, народу снова демонстрируют звезд старой галереи, большинство из которых проявили себя как продавшиеся Шарону политики, принимавшие активное участие в актах его деспотизма, или соревнующиеся в демагогии с Перецом.

Предстоящие выборы поставят перед гражданами Израиля нелегкую дилемму – выбор между диктатором, который ведет страну никому не известно куда, и демагогом, который сам не представляет, куда придет. Неужели это все, чего мы достойны?! Неужели мы действительно народ рабов, который любой диктатор может вести на поводке куда ему угодно, и любой демагог может покорить его сердце ничем не подкрепленными обещаниями? Если еще есть в этой стране граждане, которым дороги свобода и честь – пусть выступят вперед!

Перевод Ш. Бродской

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Пожалуйста авторизируйтесь или зарегистрируйтесь.

Powered by AkoComment 2.0!